Коломна

Ты смотришь на меня доверчиво и томно,
пружинит под ногой осенняя земля.
Столичный маньерист и вице-мисс Коломна
гуляют возле стен старинного кремля.

Вот церкви Покрова и Троицы. Вот «блюдце» —
лужок между Москвой-рекою и кремлем,
детишки гомонят, и козочки пасутся,
и пахнет молоком, навозом и углем.

О как меня пьянит, как возбуждает это:
родная старина и палая листва,
и барышня, уже влюбленная в поэта,
хотя знакомы мы часа от силы два.

Не надо, не дрожи, паденье неизбежно!
А впрочем, подрожи, мне дрожь твоя мила,
покуда я бедро исследую прилежно,
крутое, как яйцо, как крымская скала.

Темнеет на дворе. Бежим скорее в номер,
там водка и друзья, и пьяных девок ор.
Запомни лица их, пока никто не помер,
пока Князь Тьмы крыла над ними не простер.

Да не дрожи ты так, они давно безвредны,
и девкам только зря надежду подают.
По манию руки исчезнут все бесследно,
и околдует нас гостиничный уют.

И я на краткий миг опять в любовь поверю,
но веру осквернит чахоточный рассвет,
и в сердце погребет еще одну потерю
усталый гедонист и нежный сердцеед.